rimmir (rimmir) wrote in cmepsh,
rimmir
rimmir
cmepsh

Categories:

Патриарх шпионажа: Предисловие К.К. Звонарева к изданию 1925 г.

Предисловие редактора (к русскому изданию)

Предлагаемая вниманию читателя книга Николаи,





                                                                                            Николаи В. "Интернациональный шпионаж
                                                                                              и борьба с ним во время
мировой войны"

                                                                                   (М., Вече, 2018 г.)
несмотря на ее довольно крупные недостатки и пробелы, на ее вольные и невольные неточности, является весьма ценным вкладом в литературу по вопросам разведки. До сих пор служба разведки во время мировой войны не освещена ни в одной стране. Правда, в некоторых странах появились отдельные журнальные статьи, появилось также несколько брошюрок по вопросам разведки, но они в большинстве случаев не носят серьезного характера. Их авторы предпочитают заниматься пинкертоновщиной, описанием отдельных пикантных эпизодов из деятельности разведки. Виноваты в этом, конечно, не одни авторы этой литературы, а, главным образом, то обстоятельство, что во-первых, тема сама по себе уж очень щекотлива, а во-вторых бывшая Антанта считает нужным тщательно скрывать все то, что делалось ею в области разведки за время мировой войны, ибо как сотрудники, так и система, и приемы этой службы могут ей еще пригодиться в дальнейшем.

Германии как будто бы всего этого опасаться больше нечего, ибо вся ее организация разведки разгромлена, отчасти раскрыта. Казалось бы, поэтому, что Николаи будет действительно и до конца откровенен и приподнимет завесу над этой таинственной особой — разведкой. Это было бы крайне интересно и поучительно, ибо до сих пор все держались, да и теперь еще держатся того мнения, что единственной страной, в которой разведка была поставлена на должную высоту и делала чудеса, является Германия.

Но Николаи далеко не откровенен, не искренен и не объективен. Быть таковым ему, по-видимому, мешает не погасшая жажда реванша. Эта мысль красною нитью проходит через всю книгу. Некоторые места этой книги, где он, увлекшись [34] пропагандой идеи реванша, удалился от темы, мы сочли нужным просто вычеркнуть, так как никакого интереса они не представляют. Николаи до неимоверных размеров раздувает и хвалит организацию и деятельность разведки Антанты, в частности царской России, и умышленно, до наивности, преуменьшает таковую у немцев.

Его книга, в отношении Германии, написана до того дипломатично и туманно, что, прочитав ее, вы так и не получите ясной картины организации, приемов и деятельности немецкой разведки. Лишь в некоторых местах, при внимательном чтении можно уловить незаметные на первый взгляд противоречия. Так, например, Николаи все время твердит, что немецкая разведка была в ужасном загоне, никто до войны не обращал на нее внимания, ее разъедал ведомственный антагонизм, ей не давали средств, она не имела политического руководства и т. д. и т. д., и в то же самое время он несколько раз ясно и определенно подчеркивает, что все нужные немецкому командованию сведения разведка всегда давала исчерпывающе и заблаговременно. Спрашивается, что же еще нужно? Ведь это идеал каждой разведки — давать командованию нужные исчерпывающие сведения и вовремя.

Далее. Николаи пишет, что в мирное время немцы не имели в странах Антанты прочно заложенной и налаженной агентурной сети. Но несколькими строками ниже он заявляет, что агент немецкой разведки во время войны состоял комендантом одной крепости, хотя, правда, во время войны в нем заговорили «национальные чувства» и на предложение немцев сдать им крепость он ответил отказом.

В отношении России Николаи категорически утверждает, что немцы к началу войны в ней ничего серьезного не имели. Но это, конечно, неверно. Даже по данным слабенькой царской контрразведки немцы в России еще задолго до войны имели хорошо и прочно заложенную агентурную сеть. Так, французская контрразведка установила в 1916 году, что германские страховые общества поддерживают тесную связь со страховыми обществами России. Эти последние, под благовидным предлогом [35] перестраховки, совершенно открыто пересылали страховые бордеро в Германию. По этим бордеро немецкая разведка имела полную картину русской военной промышленности, военного судостроения и проч.

Во время войны русской контрразведкой было обнаружено довольно внушительное количество агентов немецкой разведки среди офицерства русской армии, до чина генерала включительно, напр., полковник Артур Штюрмер (повешен в начале 1916 г.), полковник или генерал Иванов; вообще до марта 1916 г. на одном лишь Юго-Западном фронте было обнаружено 87 австр. и немецких шпионов. Ясно, что в эту работу они были втянуты еще в мирное время.

Николаи отрицает виновность казненного русскими в качестве немецкого шпиона жандармского подполковника Мясоедова. Он склонен утверждать, что дело Мясоедова аналогично делу Дрейфуса во Франции только с гораздо более трагичным финалом. Правда, дело это крайне темное и запутанное. Но, судя по тем материалам, которые появились в печати и которые имели целью доказать полную невиновность Мясоедова, получается, наоборот, впечатление, что он действительно имел связь с немецкой разведкой.

Николаи молчит также о роли немецкой разведки в разных великосветских и придворных салонах Петрограда. Но русская контрразведка имела определенные сведения о том, что эти салоны, как в мирное время, так и во время войны использовались немцами в целях разведки.

Он так же ничего не говорит о роли в немецкой разведке того громадного количества немецких колонистов, состоящих в двойном подданстве, которыми были наводнены русские пограничные с Германией области и районы крепостей.

А задачи их и роль хорошо известны.

Николаи ничего не говорит также и о том, как его молодцы обрабатывали Распутина. И. В. Гессен по этому поводу передает следующее заявление А. Н. Хвостова, царского министра внутренних дел (от февраля 1916 г.).

«Я прежде не вмешивался в его (Распутина) поведение, но [36] потом убедился, что он принадлежит к международной организации шпионажа, что его окружают лица, которые состоят у нас на учете и которые неизменно являются к нему, как только он вернется из Царского, и подробно у него все выспрашивают».

Если припомнить отношения Распутина с царским двором, то можно легко себе представить, какую ценность он представлял собой для немецкой разведки.

Так мы имеем также неопровержимые данные о том, что сам Вильгельм II не только интересовался результатами своей разведки, не только давал ей руководящие указания и задания, но даже сам не брезговал заниматься разведкой в тех кругах, куда другим его разведчикам проникнуть было невозможно. Он «обрабатывал» монархов, президентов и придворные круги разных стран, и, нужно сказать, довольно успешно. Он, не стесняясь, пишет Николаю Романову, что президент Америки Рузвельт его «осведомил о том-то и том-то», что «мать императора (Николая) постоянно сообщает мне все» и т. д.

В августе 1905 года, во время посещения английским флотом германских вод, он отдает приказ своему флоту «неотступно следовать за британским и, когда тот встанет на якорь, остановиться вблизи, дать им (англичанам) обед, напоить их елико возможно и выведать у них, что нужно, а потом уйти». Об этом своем плане Вильгельм по секрету сообщает Романову.

Вильгельм почти в каждом письме сообщает Николаю Романову те или иные «агентурные новости». То они из «частного источника», то «из источника заслуживающего полного доверия», то «от знакомого и преданного немца, посланного мною следить за Антантой», то газетные сведения, журнальную статью такого-то влиятельного лица и т. д. и т. д. Вильгельм под псевдонимом сам пишет статьи военно-политического характера в газетах с целью инспирации своих соседей. Он сам выбирает и посылает в другие страны своих представителей, дает характеристики нужным и ценным для него людям, устраивает их. Сам он назначает военных атташе в нужных ему странах и поддерживает с ними связь лично.

Больше того. Он так ловко изо дня в день «обрабатывает» [37] Николая Романова, что тот по его указке назначает своими министрами, послами, военными атташе, губернаторами пограничных с Германией губерний и т. д. желательных для Вильгельма лиц. Последний открывает на границе с Россией госпитали, обставляет их безукоризненно во всех отношениях, завлекает туда под благовидным предлогом — лечения русско-подданных, — и его разведчики выведывают от них все, что им нужно. Для полезных ему русских офицеров и сановников он не жалеет орденов, денег, ласки и представляет их в глазах Николая Романова самыми преданными последнему подданными.

У Вильгельма любой разведчик может поучиться собиранию нужных сведений. Он подробно изучает людей, нащупывает их слабые стороны, на которых искусно играет. Так, например, по отношению к Николаю Романову он применяет следующий прием. Ему во время русско-японской войны нужно было ослабить русские войска на немецкой границе и узнать, какими войсками Романов намерен усилить свою Дальневосточную армию. Прямо вопроса он не ставит, ибо это будет нескромно, и Николай может не дать прямого ответа. Поэтому он тянет последнего, что называется, за язык. Он пишет ему дипломатическое письмо, в котором указывает на количество дивизий на Дальнем Востоке у Японии и у России. Чтобы получить перевес над японцами, он предлагает Романову отправить на Дальний Восток еще столько-то дивизий. При этом Вильгельм ясно намекает, что дивизии эти нужно взять с немецкой границы. Понял ли Николай Романов заднюю мысль Вильгельма — не известно, но факт тот, что на Дальний Восток действительно были отправлены некоторые части с немецкой границы и при том так: из одного корпуса выхвачена артиллерия, из другого бригада пехоты, саперная команда и т. д. Этим боеспособности расположенных на германской границе корпусов был нанесен чувствительный ущерб.

Таким образом, цель Вильгельма была достигнута: русские войска на германской границе были ослаблены и пока что неопасны. Вильгельму выгодно было поссорить Россию с Францией [38] и Англией. Он тщательно подбирает факты и фактики, дает им свое освещение и со своими выводами преподносит их Николаю Романову. Когда же все это действует на Николая Романова недостаточно сильно, Вильгельм начинает систематически играть на его самых слабых струнках. Он ему пишет: Франция, мол, республика, Англия — либеральная монархия. Они хотят уничтожить монархию в России и Германии, поэтому дают у себя убежище революционерам последних. Следовательно, — никакой дружбы с этими странами, лишь Россия и Германия должны быть в дружбе и действовать сообща против Антанты. И эту своеобразную обработку Николая Романова Вильгельм продолжает в каждом своем письме.

Мы, конечно, далеки от того, чтобы утверждать, что все это делал и писал только лично сам Вильгельм, что все это плоды его мысли. Нет, за его спиной безусловно скрывалась и его устами говорила немецкая разведка (ген. Ведель) и дипломатия, — а Вильгельм являлся их послушным и довольно талантливым исполнителем.

Такого рода примеров можно привести довольно много, и вряд ли Николаи сможет их опровергнуть.

Ошибка немецкой разведки, повлекшая за собой в начале войны некоторое ее расстройство, заключалась в системе построения агентурной сети, а именно в том, что немцы базировались главным образом на своих соотечественниках и даже во сне не допускали возможности того, чтобы царское правительство уже в первые дни войны оказалось способным запрятать их почти поголовно по тюрьмам и в Сибири. Однако немцы быстро от этого удара оправились, связались с уцелевшими агентами и работа пошла. Николаи об этом упорно молчит, не желая выдавать всем известного секрета построения немецких разведывательных организаций.

Николаи утверждает, что немцы не занимались активной (разрушительной и уничтожающей) разведкой. Он говорит, что немецкая разведка неоднократно получала самые серьезные предложения убить то или иное высокопоставленное лицо в стане противников, взорвать заводы, склады и т. д., но немцы, якобы, [39] всегда от таких предложений отказывались. Но и это не соответствует действительности. Контрразведка Антанты располагает по этому поводу большим количеством данных. Правда состоит лишь в том, что не всегда немцам удавалось провести такого рода намерения в жизнь. Так, например, английского лорда Китченера немецкая разведка выследила и немецкая подводная лодка отправила его на тот свет, однако Николая Николаевича и Николая Романова, сколько террористы немецкой разведки за ними ни охотились, поймать не удалось. Людей же немецкая разведка для такого рода предприятий загубила довольно много.

А сколько военных заводов, складов, мостов, пароходов и т. д. пустила на воздух немецкая активная разведка в тылу своих противников, — об этом Николаи молчит, и не зря.

Николаи утверждает, что немецкая разведка крайне слабо вела агитацию и пропаганду в рядах своих противников. Но это тоже не соответствует действительности. Более организованную и реальную агитацию и пропаганду, чем немцы, за время войны вряд ли кто из воюющих вел. В этом отношении немцы были неподражаемыми мастерами. Напомним хотя бы «Русский Вестник» и массу разных прокламаций, листовок и карикатур, которыми немцы засыпали русские окопы и т. д.

Как широко была поставлена у немцев агитация и пропаганда, видно из слов М. Эрцбергера о том, что уже в октябре 1914 г. в Германии насчитывалось «не менее 27 бюро или ведомств», занимавшихся немецкой пропагандой за пределами Германии. По словам Эрцбергера, каждое из этих бюро или ведомств занималось пропагандой на свой собственный страх и риск, без всякой объединяющей их идеи. Но постепенно все эти бюро были объединены в одно центральное бюро для пропагандистской работы заграницей. Общая сумма расходов, затраченная за время войны немцами на пропаганду неизвестна. Но заявление Эрцбергера о том, что лишь одно его бюро затратило на пропаганду 12.000.000 марок, указывает, что общая сумма расходов на пропаганду была громадной.

Немцы весьма искусно использовали для агитации и [40] пропаганды каждый подходящий повод: недостаток вооружения, проигранное сражение, настроение солдат, национальные противоречия, состав правительств и т. д. и даже не брезговали организацией и поддержкой восстаний и «революционного» движения в стане врагов. Весьма пространно и подробно одно из таких предприятий описывает соотечественник Николаи капитан Карл Шпиндлер в книге «Таинственный корабль», везший оружие ирландским революционерам-националистам.

Николаи также обходит молчанием хорошо поставленную немцами еще в мирное время дезинформацию противника. Так, например, еще в 1908 году немцы продали русской разведке «Записку о распределении германских вооруженных сил в случае войны». Записка эта, хотя по форме и стилю и не совсем удачно составленная, но с подлинными подписями тогдашнего начальника Большого генерального штаба Мольтке и самого Вильгельма, была оценена русским Генеральным штабом, как самый подлинный, не вызывающий никаких сомнений документ. 2-ой обер-квартирмейстер русского Ген. штаба ген.-майор Борисов писал тогда по поводу этой «липы»: «...Он очень интересен для нас. За подлинность его, по моему мнению, можно ручаться. Составлен он очень серьезно и с истинным воинским взглядом и воодушевлением, к сожалению, не принятым в наших сухих формальных распоряжениях...».

Но именно эта сторона документа и выдает, что он сфабрикован для продажи и введения в заблуждение противника. Русский ген. штаб не потрудился сличить стиль и тон этого документа с имевшимися у него настоящими немецкими документами и попался на удочку. А разве это единственная «липа», подсунутая немцами своим противникам за большие деньги?

Во время войны немцы очень ловко проводили своих противников также и при помощи распространения ложных сведений посредством агентов-двойников, прессы и т. д. Об этом пишет даже Людендорф в своих «Воспоминаниях».

Все это необходимо иметь в виду при чтении книги Николаи, в противном случае о немецкой разведке и ее [41] деятельности создается неверное представление.

Разведку царской России Николаи расписал так, что у читателя действительно может создаться впечатление о ее образцовой организации, постановке и работе. На самом же деле положение было совершенно иным.

Во-первых, утверждение, что русская военная разведка тратила в год от 13-ти до 25-ти миллионов рублей, явно не соответствует действительности,

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments